Главная “скрепа” Запада. В США разгорается скандал вокруг крупной аферы

. Ученые выяснили: одержимость гендерным и расовым разнообразием, накрывшая финансовые институты США, базируется на ложных данных. Новый скандал проливает свет на внутренние механизмы идеологической борьбы, которая постепенно захватывает все стороны жизни общества.Таинственные компанииВключать в руководящий состав как можно больше женщин и представителей расовых или этнических меньшинств — не просто идеологически верно, но и прибыльно. Такой вывод еще в 2015-м сделала консалтинговая фирма McKinsey, которая провела исследование на 366 предприятиях из США, Канады, Великобритании, Бразилии, Мексики и Чили.В работе утверждалось, что в 2010-2013 годах компании с наибольшим гендерным разнообразием в менеджменте на 15 процентов чаще сообщали о финансовой прибыли, превышающей средний показатель по отрасли в стране. Для фирм с этнически пестрым составом управленцев этот показатель был и того больше — 35 процентов.Публикация произвела фурор. В дальнейшем на нее неоднократно ссылались крупнейшие инвесторы, лоббисты и даже регуляторы, продвигая женщин и представителей меньшинств в советы директоров. Консультанты же проводили тренинги о пользе разнообразия (diversity) в компаниях и правительственных учреждениях.Одно из основных качеств научного метода — воспроизводимость. Здесь возникли проблемы. Спустя почти десять лет ученые попытались повторить результаты исследования — и не смогли, пишет The Wall Street Journal.Во-первых, McKinsey не назвала фирмы, чьи данные взяла за основу. Во-вторых, любая выборка из компаний, входящих в биржевой индекс S&P 500 (предприятия с крупнейшей капитализацией), не показывает статистически значимой связи между разнообразием и прибыльностью.Издание отмечает: нет никаких оснований полагать, что разнообразие в совете директоров приносит прибыль. Обычно происходит наоборот: компания сперва добивается успеха, а затем по идеологическим соображениям вводит в руководство больше женщин и представителей меньшинств.McKinsey, отвечая на критику, настаивает на том, что в ее работе речь шла о простой корреляции. Но, кажется, нет и ее. Напротив: в 2016-м финансисты из State Street Global Advisors создали биржевой фонд SHE, куда включили компании с «сильным женским лидерством». Доходность этого фонда оказалась в среднем на 70 процентов ниже показателей 1000 крупнейших предприятий.

Информационный указатель на Уолл-стрит в Нью-ЙоркеНо даже если в таинственных фирмах из исследования McKinsey разнообразие действительно коррелирует с прибылью, то это еще ни о чем не говорит.»Ацтеки ошибочно принимали корреляцию за причинно-следственную связь с трагическими результатами, вырезая сердце жертвы каждые 52 года, чтобы обеспечить выживание мира. То есть существовала сильная корреляция между человеческим жертвоприношением и тем, что мир продолжает существовать, но никакой причинно-следственной связи», — отмечает обозреватель WSJ Джеймс Макинтош. И оговаривается: инвесторы не рискуют жизненно важными органами, но им следует осторожнее относиться к исследованиям, на которые они ссылаются.Тем временем к элитным консультантам давно назрели вопросы.Глобальный «серый кардинал»McKinsey & Company — одна из трех крупнейших консалтинговых компаний в мире, основанная почти сто лет назад. Как отмечал журналист Дафф Макдональд, именно она «помогла изобрести и распространить по всему миру то, что мы считаем американским капитализмом».Услугами пользуются трансконтинентальные предприятия и правительственные структуры. Список клиентов в одних только США — от Coca-Cola до Пентагона. Офисы — в 65 странах мира. Годовой доход оценивается в 15 миллиардов долларов.На работу в McKinsey принимают главным образом выпускников университетов Лиги плюща. Среди выходцев из компании — знаковые фигуры в госструктурах и бизнесе, например, министр транспорта США и первый открытый гомосексуалист на таком посту Пит Буттиджич, а также генеральный директор Google Сундар Пичаи.

Пит Буттиджич претендовал на роль кандидата в президенты от ДемпартииДеятельность McKinsey непрозрачна. Ореол таинственности порождает мифы и конспирологические теории. Компанию нередко называют одной из наиболее влиятельных структур в мире. Якобы именно она определяет политику государств и трансконтинентальных корпораций.Правда, в последние годы репутация McKinsey переживает удар за ударом. В публичное поле просачиваются сведения о сомнительных методах работы компании, причем как от клиентов, так и от самих бывших сотрудников. Если суммировать критику, то дорогостоящие советы делятся на два вида: или очевидные (например, заменить бумажный документооборот на электронный), или приятные для менеджеров — заказчиков услуги. Так, неоднократно консультанты McKinsey рекомендовали клиентам увольнять рядовых сотрудников и одновременно с этим повышать зарплату для руководства.»Они сократили около 50% рабочей силы на наших складах и в офисах и увеличили штат высшего руководства на 25%. В результате те «счастливчики», которые остались, начали работать более десяти часов в день с пиком от 14 до 16 часов в конце месяца. Нагрузка оставалась той же, но нас было вдвое меньше. Спустя два года наше предприятие закрылось. Если McKinsey придут в компанию, в которой я сейчас работаю, немедленно уйду», — говорит один из пострадавших.

Существует мнение, что консультации McKinsey спровоцировали усиление неравенства в СШАДело выглядит так, будто главная задача статусных консультантов — не развитие компании-партнера, а удовлетворение нанимателей.»Как человек, который работал в консалтинге, я могу сказать, что во многих случаях партнер «знал», каким должен быть ответ, и нам приходилось подгонять под него данные», — говорит финтех-инвестор Шил Монот, комментируя свежую статью в WSJ.Кроме того, McKinsey не брезгует заниматься продвижением откровенно вредной продукции. На протяжении почти 70 лет фирма консультировала производителей табака. Но самым скандальным эпизодом в истории компании стала работа над увеличением продаж препарата OxyContin от Purdue Pharma. Обезболивающее содержало опиоиды и вызывало зависимость. Считается, что распространение лекарства форсировало опиоидную эпидемию в США, которая унесла сотни тысяч жизней.Почем опиум для народаОшибка или намеренная фальсификация в исследовании McKinsey о разнообразии — частный случай более широкой проблемы. Дело в том, что сторонникам так называемого вокеизма (от woke — «пробудиться») в принципе мешает научный метод, в основе которого — поиск объективной истины.Идеологию движения отражает аббревиатура DEI (diversity, equity and inclusion — разнообразие, равенство и инклюзивность). Сегодня его последователи задают тон в западных университетах, крупнейших IT-корпорациях и ведущих медиа. Среди их методов — позитивная дискриминация в пользу различных меньшинств, «культура отмены» и цензура. Свои взгляды они любят подкреплять исследованиями — конечно, когда те подтверждают их правоту. Если же наука противоречит идеологии, то тем хуже для науки.»Это последнее, что мы услышим». Человечество столкнулось с новой угрозойИногда об этом говорят откровенно. Выступая на конференции TED Talk, генеральный директор крупного медиахолдинга NPR Кэтрин Махер заявила, что истина — понятие исключительно субъективное и ее поиск «отвлекает от поставленных задач».Таким образом, новая идеология становится чем-то вроде религии, не допускающей сомнения в постулатах. Символично, что McKinsey участвует в ее продвижении.Критики считают, что новый «опиум для народа» — вокеизм — станет не менее губительным, чем обычные опиоиды. Так, предприниматель Илон Маск называет его сторонников «экстинкционалистами» (от английского extinction — вымирание) и заявляет, что такая идеология приведет ни много ни мало к гибели цивилизации. Прав ли он — покажет время. Однако, кажется, публикация с разоблачением лженаучного исследования в пользу DEI дает человечеству надежду. 

Вам также могут понравиться